Поучительные истории и глупые баяны

Не будь сегодня 8 марта, я бы продолжал мирно и сладко спать, и, уж, тем более в эту рань - никуда бы не побрел. Но праздник 8 Марта никто не отменял, поэтому, натянув на себя в темноте все, что попалось под руку, я направился к нашему базару. За окном лишь слегка посветлело.
В лицо дул сильный, холодный, прямо леденящий ветер. Погоду трудно было назвать весенней. Я начал промерзать, и поэтому пришлось прятаться от порывов ветра за отогнутым воротником куртки. Постепенно я подошел к базару. Цветы нынче я захотел приобрести простые, весенние, ведь праздник же весенний на дворе. В раздумьях я не заметил, как уже пришел на ближайший базар.
Прямо у входа на базар стояла преогромная корзина таких милых желтых, весенних и очень красивых солнечных цветов. Как ни странно, это были обыкновенные мимозы.
- Кто же продает такую прелесть? – спросил я. Осмотревшись по сторонам, я снова ощутил порывы ветра и решил спрятать руки в карманы.
- Подожди, подожди, сыночек, она совсем скоро придет. Куда ж она денется – непременно придет! – прощебетала продавщица солененьких огурчиков по соседству.
Мне стало весело и легко при мысли о том, как же будет приятно моим женщинам, дочке и женушке, когда я преподнесу им эти весенние солнечные цветы. А в это время я решил закурить.
Прямо напротив меня стоял старичок.
Не могу толком и сказать, что же меня привлекло в его образе.
Удивительным было то, что вся его одежда была зашита, перешита, но при этом было видно, что бережные руки старались, чтобы все-таки она выглядела прилично – все было чистим и наглаженным. Башмаки были приблизительно в таком же плачевном состоянии – чистыми, начищенными, но очень потрепанными. Один ботинок даже был дополнительно перевязан какой-то проволокой – иначе же он просто бы не держался. Рубаха, также неизвестного древнего возраста, но побывавшая в по-настоящему хороших руках хозяйки – вся заштопанная. Взгляд, да и, вообще, все лицо, образ старика были противоречивы – с одной стороны – гордый, а с другой – добрый и непринужденный. Хотя, все было весьма обычным, впрочем, как у всех людей такого возраста.
Праздник говорил за старика – он не мог выглядеть сегодня иначе, не мог не быть гладко выбритым и по силам ухоженным. Даже порезы на его сморщенном лице были как-то уместны и естественны – он же, наверное, так старался…
Было до жути жалко глядеть, как он трусится от этого проклятого холода и всепроникающего ветра, никак не уменьшающего своей силы.
Мне стало очень неловко от этой ситуации. Комок подкатил к горлу.
Продавщицы при этом до сих пор не было…
Я не переставал рассматривать этого старичка. Весь его образ говорил о том, что он не хапуга и не алкаш. Этот человек скорее был похож на измученного, задавленного бедностью человека. Мне даже показалось, что он стесняется «такого» своего положения.
Пока я разглядывал дедулю, к лотку с цветами подкатила полная продавщица.
Тот сразу увидев ее, пошел к цветам.
Я пристроился сзади.
Старик подошел вплотную к цветам, я же – чуть подальше.
- Внучечка, родненькая, скажи, сколько веточка одна стоит вот этих, самых цветочков – прошептал дедок, обращаясь к продавщице.
-Э-э-э, давай, иди-ка ты, милок, отсюда подальше… Развелось тут всяких непонятных алкашей, на каждом шагу. Иди-иди, все равно ничего не дам… - пробубнила хозяйка цветов.
- Внучечка, ты меня не поняла – я купить хочу. Да, и при чем тут алкаш, я, например, вовсе не пью. Так, что?: сколько будет денег? – спокойно спросил старик.
Я стоял совсем недалеко, поэтому мне было видно буквально все, даже едва выкатившиеся слезы на глазах этого человека.
- Нечего мне тут, по-твоему, делать, как только с одной веточкой возюхаться. Оставь меня в покое… - донеслось в ответ на просьбу деда.
- Не злись, не стоит того. Сказала бы, да и все… - тихонько ответил дед.
Ну пускай, пускай для тебя будет стоить просто пять рублей, устроит? – как змея злобно прошипела торгашка.
Старик пошарил дрожащей рукой в карманах. Достал он из них где-то рубля три.
- Деточка, ну, пожалуйста, посмотри, может найдешь чего на мои копеечки – грустно и тихо спросил дед.
Я не мог спокойно смотреть на его глаза - в них так много боли и разочарования! Таких глаз я еще не видел.
Старик был к тому времени синим от холода и ветра.
-Отстань, не знаю я что тебе можно дать на твои 3 несчастных рубля – пробурчала продавщица.
И она начала копошиться в своей корзине...
-Хватай живо, пока добрая, да вали, - поздравляй свою бабу алкашскую - заржала та тварина.
В замерзших руках старика виднелась тонкая ветка Мимозы, сломанная пополам.
Невыносимо было смотреть, как этот дед старался исправить, вдохнуть жизнь в изломанный цветок. Видя, что его попытки бесполезны, он просто зарыдал…
-Ё! твою м!, это что за х! ты тут б! устроила? – прошипел я глядя ей в глаза и перебарывая желание въехать кулаком с размаху ей харю.
Эта дура-продавщица изменилась в лице, да и как-то оробела сразу. Наверное, вид у меня в тот момент был злостный и взгляд прямолинейный.
- Дед, подожди минутку… - сказал я старику.
- А ты, давай, прикинь, сколько охапка этих твоих цветочков стоить будет, да побыстрее, поняла меня?... – не переходя на громкий голос, произнес я.
- Я не знаю, даже ну, не сколько же…
- Ну я не знаю, что с тобой делать, может въехать тебе сапогом, чтобы соображала быстрее? Сколько стоят все цветы в корзине?
- П-пятьдесят… ггривен – выдала баба.
Старик, видимо, испугался и смотрел из стороны в сторону, ничего не понимая.
Я отдал этой курице деньги, сам вытянул всю охапку цветов и пошел к старику.
-Не смущайся, отец, не надо – эти цветы тебе, вернее твоей жене. Сегодня ведь праздник, не так ли?.. – произнес я. Наверное, теперь на лице этого старика были слезы счастья и искренней радости. Так, по крайней мере, мне хотелось думать. Иначе же, зачем все это?...
Я тоже не был в состоянии сдерживаться, я тоже заплакал…
Ну а дед оказался упрямым и все никак не желал брать эти цветы.
- Так-так…, будет все равно по-моему… - молча взял дедову руку и мы вместе пошли по направлению к его дому. Мне пришла в голову мысль заглянуть по пути в магазин.
Так я и сделал – бутылка хорошего вина и пироженные были весьма уместны.
Вспомнил, что забыл своим девчатам подарки купить.
- Послушай, дед. Для меня это не такие уж и большие деньги, а тебе они сейчас нужнее, особенно в такой важный праздник, бери, не сопротивляйся зря, я же обижусь, я же от чистого сердца!
Старика снова начало трусить, он снова заплакал.
Не было сил больше смотреть на него.
Оставив, уже не помню как, все купленное старику, я бодрой походкой поспешил уйти.
- Спасибо тебе, спасибо... Она у меня немного приболела… как же она сильно обрадуется, ты даже не представляешь! Еще раз спасибо… - робкие слова деда доносились мне уже в спину.
Слезы лились ручьями и я все бежал подальше, чтобы заглушить в себе чужую боль, которая стала и моей собственной...